Что почитать? Отзыв на книгу.

Хилари Мантел "Волчий зал"

Хилари Мантел «Волчий зал»

Сегодня Книжный гуру опять рассказывает о романе, получившем премию Букер.
Причем, надо отметить, что при чтении этого исторического романа Книжный гуру установил один из своих рекордов — по долгочтению: книга среднего размера прочитана приблизительно за 2 недели. Мда-а… Тяжеловато шла. Даже очень.

Такому долгочтению способствовали несколько моментов:

1) описывается история Англии в эпоху Возрождения. 1520-30-е годы.
Генрих VIII, сёстры Болейн. И главный герой — Томас Кромвель (не путать с Оливером Кромвелем — лидером более поздней революции!).
Книжному гуру эта часть история известна лишь слегка, понаслышке. Знаменитая Анна Болейн, которая заставила очередного Генриха жениться на себе и впоследствии стала героиней многих романов, — не особо интересует Книжного гуру.

2) Скачки по времени. Зачастую не ясно, о каком периоде идет речь. Пара лет туда-сюда — события сбились. Конечно самому герою Кромвелю понятна хронология и исторические перипетии. А читателю? :/

3) Но самое главное «усложняющее средство» — стиль романа. Совершенно нестандартный, непривычный. И тяжелый для восприятия.

Все события, действующих лиц (исторических и выдуманных) мы видим через восприятие главного героя Томаса Кромвеля. При этом повествование ведётся не от первого лица (так было бы более привычно читателю), а всё равно от третьего лица. Но при этом фамилия Кромвель встречается очень и очень редко. А главный герой в 99% случаев называется просто «он».
Таким образом, благодаря этой стилистической особенности, читатель как будто постоянно находится бок о бок с Кромвелем, словно заглядывает ему через плечо, видит и слышит то же, что и он.
Чтобы было понятнее — вот несколько примеров такого использования местоимений третьего лица:

В то самое время, когда заседает суд легатов, король Франциск в Италии проигрывает битву. Папа Климент готовится подписать новый мирный договор с императором — племянником Екатерины. Еще не зная этого, он говорит Рейфу: «Позорный день. Если мы хотели стать посмешищем для всей Европы, нам это удалось».

Он уже был у мессы; Кранмер настаивает, чтобы теперь они прослушали мессу все вместе. Он смотрит на блаженную.

А вот так начинается очередная глава:

I Супрематия
1534

В праздничные дни между Рождеством и Новым годом, когда весь двор веселится, а Чарльз Брэндон в болотах орет на запертую дверь, он перечитывает Марсилия Падуанского.

При этом, конечно же, нередко возникают сложности восприятия. Постоянно возникает вопрос: «Кто в данном конкретном случае вот этот ОН / ОНА?»:

Вот попробуйте угадать, кого в данном отрывке автор называет «она», кто боится упасть — Анна или младшая дочь Сеймура?

Епископ Гардинер зачитывает новый титул Анны. Она в алом бархате и горностае, черные волосы по-девичьи распущены и змеистыми локонами ниспадают на грудь. Вместе с титулом она получает доходы от пятнадцати поместий — их обеспечил он, Кромвель. Поют «Te Deum». Звучит проповедь. Когда церемония окончена и дамы наклоняются, чтобы поднять шлейф Анны, он замечает отблеск синевы, как от зимородкова крыла и, вглядевшись, видит среди дам из рода Говардов младшую дочь Сеймура. Боевой конь поднимает голову при звуке трубы, а знатные дамы вскидывают подбородок и улыбаются, однако, когда оркестр играет туш и процессия выходит из капеллы Святого Георгия, ее бледное лицо по-прежнему обращено долу, а глаза смотрят под ноги, словно она боится упасть.

И такие отрывки, в которые надо сильно вчитываться, чтобы понять, о ком идёт речь, встречаются очень часто — буквально на каждой странице.

За хитросплетениями действия и интригами персонажей (которых очень немало) и так не очень легко следить. А уж вот это регулярное «перепутанное» ОН — дополнительно затрудняет восприятие.

С другой стороны — именно этот стилистический метод позволяет читателю максимально приблизиться к выдающейся исторической личности — Томасу Кромвелю.

Именно благодаря этому методу создается впечатление абсолютной точности и достоверности описанного: всё именно так и происходило. Кромвель думал и размышлял именно так. Кроме того, совершенно не ощутима граница между историческими особами и выдуманными. Потому что всех их мы видим глазами Кромвеля.
И это, без сомнения, — находка Хилари Мантел, благодаря которой она и получила Букеровскую премию.

Причем, в стиле нет ничего женского. Сугубо мужское мышление, образ мыслей.

Неожиданно просматриваются параллели с сегодняшними судилищами:

Советники короля готовят против кардинала сорок четыре обвинения, не больше не меньше: от умаления прерогатив суверена до покупки говядины по тем же ценам, что и король; от финансовых злоупотреблений до недостаточно ревностных гонений на лютеранскую ересь. Закон об умалении юрисдикции суверена принят давным-давно. Никто из живущих понятия не имеет, как его трактовать. Вероятно так, как было испокон веку, — по слову короля.

Если Вулси признается в посягательстве на власть суверена, король дарует ему жизнь и относительную свободу.

Довольно много выразительных цитат и фраз — о личности, внутреннем мире, деятельности, религии…

Нас делают не звезды, а обстоятельства и necessita [необходимость], решения, которые мы принимаем под давлением обстоятельств; наши добродетели, правда, одних добродетелей мало — временами нас выручают наши грехи.

Нерастраченная мощь отдается в костях, как дрожь сжатого в руке топорища. Можешь рубануть, а можешь удержаться, и тогда по-прежнему ощущаешь в себе отголосок несделанного.

Некоторые говорили, что конец света наступит в 1533-м. У прошлого года тоже нашлись адепты. Так почему не нынешний? Всегда кто-нибудь готов объявить, что наступили последние времена, и назначить ближнего Антихристом. Из Мюнстера сообщают, что Апокалипсис наступил.

Покажите мне, где в Библии написано: «чистилище». Покажите, где там говорится о мощах и монахах. Покажите в ней слово «папа».

Генриху важно быть на правой стороне. Он не похож на вас; вы набиваете своими грехами переметные сумы и кочуете из страны в страну, а когда устанете, наймете мулов, и скоро за вами кочует целый караван вместе с погонщиками. Генрих может ошибаться, однако ему необходимо прощение.

И много фраз, конечно же, скоро займут достойное место на сайте афоризмов.

Ещё одно достоинство романа: после «Волчьего зала» любая книга кажется легким чтением. 🙂

Как подсказывает Википедия, продолжение «Волчьего зала» под названием «Внесите тела» в 2012 году тоже получил Букер (конечно, это неудивительно!). И благодаря этому Хилари Мантел стала первой женщиной-писательницей — обладательницей двух Букеров.
Но второй роман Книжный гуру читать не будет. Во всяком случае — пока. Тем более, что русского перевода ещё вроде бы нету. И так понятно, что смысл, стиль, идеи и главный герой — совпадают. И что во втором томе жизненный путь Томаса Кромвеля заканчивается. А для Книжного гуру его деятельности и английской истории от Хилари Мантел — вполне достаточно! 


Не забывайте подписываться на rss-ленту блога. Нажимайте на лайки.  Веду блог Книжного гуру и ещё два десятка проектов в Сети. Читаю постоянно. Стараюсь выбирать Хорошие Книги.


Оставить комментарий

Спасибо!
Ваши твиты, лайки и плюсики помогают развиваться блогу и Книжному гуру! ;) Спасибо, уважаемый посетитель!

Не пропустите!
Скоро:
Путин, остановись! Нет войне!
А подписаться?

Введите свой e-mail:


Уже подписались:
Книжный гурув Google+
Наш опрос:

Что Вы больше всего цените в книгах?

View Results

Загрузка ... Загрузка ...
  • Долг
    «мушу» - це перше слово з букваря дорослих.
Яндекс.Метрика